Камю А. Посторонний (remake)

Прошлая запись про Постороннего меня не удовлетворяла и несколько тяготила, потому что очень похожа на отписку. Борьба с ошибками на ПС натолкнула меня на мысль, что неплохо было бы уделить внимание еще и качеству. И начать я решил с очень уж “некачественного” поста про роман Альбера Камю.

Повествование во всем романе неспешное, слова медленно перетекают одно в другое. С первых страниц чувствуется невыносимая жара (все-таки Алжир, хоть и север Африки), соленый ветер, запах моря (кстати, я сначала написал рассказ, а потом прочитал Камю; знать на подсознательном уровне – каждый человек есть всемирный разум – я знал эту фразу). И невыносимое одиночество.

Одиночество проступает прямо в первой фразе (“Сегодня умерла мама.”) , и будет фоном для всей книги. Это установка для дальнейшего восприятия романа. Может быть. Мерсо существует как бы в этой реальности, но как бы наблюдает ее со стороны. Он как будто отстраняется от этого мира. Становится зрителем.

Воткнутый в расплавленную алжирским солнцем реальность, Мерсо пытается существовать по ее законам, но не вписывается в установленные рамки. Про него можно сказать, что он не от мира сего. События, происходящие с ним и очевидцем которых он является, мало его интересуют.

Похороны матери, случайные люди, работа, разговоры – все это мало занимает Мерсо. Может ему скучно? Может быть. Но вот убийство араба все меняет. А собственно что оно меняет? Мерсо по-прежнему где-то здесь, но продолжает наблюдать все происходящее со стороны.

Заключение, прокурор, суд, приговор… просто смена декораций, не более того. Он отказывается три раза от священника (“Мне нечего ему сказать, я не хочу с ним говорить”). Адвокат, ходатайство о помиловании…

Одиночество отчетливо видно в последних абзацах. И видно, что оно неизбежно.